«Нива» №50,  год 1870-й. Политическое обозрение.

   Так называемый Черноморский вопрос, все еще продолжающий занимать европейские газеты (хотя уже не в такой степени, как сначала), принимает все более и более миролюбивый оборот, что видно из последних документов обнародованных по этому делу. Открытие конференции в Лондоне есть, повидимому, уже дело решеное, на которое изъявили согласие все заинтересованные державы; последует она, как утверждают, в течении декабря, и членами конференции будут представители европейских государств, подписавших Парижский трактат 1856 года, состоящие при Лондонскомъ дворе, под председательством лорда Гранвилля, британского министра иностранных дел, который на днях разошлет о том приглашения. Разумеется, множество предположений появляется в газетахъ о томь, что последует на этой конференции; но по всей вероятности, она займется исключительно лишь статьями Парижского трактата, отмену коих требует русский циркуляр от 19/31 октября. По уверению берлинских корреспондентов Köhlnische Zeitung и Neuefreie Presse, конференция, во избежание затруднений, вовсе не будет рассматривать заявлений русского циркуляра; но ей будет предложен новый текст договора, из которого будут просто исключены статьи Парижского трактата 1856 года, стеснительные для России и отмены которых она требовать имеет полное право. Замечательно при этом, что Турция, до которой ближе всего должен был бы касаться Черноморский вопрос, повидимому менее всех им тревожится. Обстоятельство это константинопольский корреспондент Indépendance belge, от 7-го декабря, объясняет тем, что условия секретной конвенции держав, обязавшихся в 1856 году употребить в случае надобности свои сухопутные и морские силы, чтобы не допустить Россию до нарушения статей касающихся до Черного моря, могли сделаться для Турции источником несравненно большей опасности чем та, которая могла грозить ей со стороны Poccии. Вот почему отоманское правительство охотно дало согласие на конференцию, исход которой, если будут удовлетворены законные требования России, нисколько не ухудшит положения Турции. Подтверждение сказаннаго находим и в константинопольской официозной газете Turquie, где прямо сказано, что Турции нечего тревожиться русским циркуляром, так как Россия ограничивается требованием содержать военный флот на Черном море, что отнюдь не представляет опасности для Турции.

   Между тем в Европе возникает другой вопрос, который может-быть также потребует обсуждения на конференции — это вопрос Люксембургский. Граф Бисмарк депешей от 3-го декабря, адресованною северогерманскому посланнику в Гаге, объявил, что великое герцогство Люксембургское нарушением нейтралитета, обеспеченного ему конвенцей, заключенною в Лондоне в 1867 году, потеряло свои права, и что прусское правительство считает своим долгом не стесняться более нейтралитетом великого герцогства, если того потребуют военные операции. Нарушения нейтралитета со стороны Люксембурга, по словам союзного канцлера, были следующие: 1) торжественные манифестации в пользу Франции; 2) снабжение крепости Тионвиля продовольствием в то время, когда эта крепость еще была в руках французов; 3) свободный пропуск во Францию французских офицеров и солдат, которые после капитуляции Меца пробирались через территорию Люксембурга, минуя немецкие позициии и 4) устройство на Люксембургской железнодорожной станции французским вице-консулом формально-организовонного бюро, в котором давалось средство всем бежавшим из плена французам присоединиться к северной французской армии, которая таким образом увеличилась на 2000 человек.

   Это заявлениe графа Бисмарка считается, по мнению почти всех органов европейской печати, равносильным присоединении Люксембурга к Германии, против чего сильно протестуют люксембургцы, с особенною энергией выражавшие в последнее время свою преданность своему великому герцогу (королю нидерландскому). Ответ нидерландского правительства на депешу графа Бисмарка нам еще не известен, и поэтому делу в телеграммах встречаем только одно официальное заявление: люксембургская официальная газета опровергает слухи, будто бы король нидерландский вступил в соглашение с Пруссией об уступке ей Люксембурга. Что касается до нидерландских газет, то они обсуждают этот вопрос весьма хладнокровно и даже высказывают мысль, что для Голлландии было бы гораздо выгоднее, если бы Люксембург присоединился к Германии, так как принадлежность его королю нидерландскому может служить для него постоянным источником затруднений. И действительно, положение Люксембурга совершенно исключительное. Эта маленькая страна, в 56 кв. миль с 200,000 жителей, входила в состав прежнего Германского Союза, но принадлежала королю нидерландскому и владела одною из сильнейших крепостей в Европе, где находился гарнизон Союза. В 1866 году, когда распался прежний Германский Союз, Люксембург остался под личною властью короля нидерландского, но образовал независимое. нейтрализованнное государство по лондонской конвенции 1867 года, причем и крепость его была срыта.

   Все сведения по Люксембургскому вопросу мы имеем пока только из телеграмм, и еще не известно, какой ответ на прусскую ноту дадут державы, подписавшие конвенцию 1867 года; из Лондона, впрочем, от 16-го декабря телеграфируют, что лорд Гранвилль высказывает готовность рассмотреть жалобы графа Бисмарка вместе с прочими державами, указывая вместе с тем на сомнения, которые могло бы возбудить одностороннее нарушение трактата. Английские газеты утверждают притом, что вопрос о Люксембурге будет передан на рассмотрение конференции держав, подписавших трактат о нейтрализации этого герцогства.

   С театра военных действий получаются известия (до сих пор еще только по телеграфу) о сражениях, происходивших по занятию немцами Орлеана, между армиями принца Фридриха Карла и Луарскою, состоящею ныне под начальством генерала Шанзи. После четырехдневной битвы при Божанси, немецкие войска заняли Блуа, и французы отступили к Туру, около которого уже появились передовые отряды немецкой армии. Подробностей этих сражений мы еще не имеем, но сколько можно судить по результатам их, то успех и до сих пор все остается на стороне немцев, хотя новоизбранные французские армии дерутся храбро. Правительственная делегация, находящаяся ныне (как уже известно читателям) в Бордо, извещает официально, что новые отряды идут на подкрепление Луарских армий; декретом делегации порты Гавр, Феканъ, Диепп объявлены в блокаде для того, чтобы немецкие армии не могли получать продовольствия с моря, и для содержания блокады сделано распоряжение о сосредоточении французских эскадр близ означенных портов.

   На севере немецкие войска, по занятии Руана, стали подступать к Гавру, который начал усиленно вооружаться и готовиться к защите; но, как сообщают телеграммы из Бордо от 15-го декабря, генерал Мантейфель не пошел на Гавр, а куда он намерен направиться — телеграммы еще не сообщают.

   Между тем немецким войскам сдаются последние крепости, которые еще держались: 12-го декабря капитулировал Фальсбург и 15-го Монмеди.

   Что касается до Парижа, то под стенами его после сражений, происходивших в первых числах декабря, не было никаких дел, что свидетельствует как энергически действуют его защитники. И действительно, все эти сражения, хотя не имевшие никаких положительных выгод для французов, доказали, что с Парижем справиться не так легко, как предполагали немецкие стратегисты. Английские газеты прямо называют обложение Парижа великою стратегическою ошибкой генерала Мольтке. Утверждают, что тесное обложение столицы сильно повредило немецким войскам во время последних сражений, и что для осаждающих было бы гораздо выгоднее, если б при вылазкахъ своих, парижская армия не могла укрываться под защитой своих фортов. Самые немецкие газеты сознаются, что невозможно было ожидать, чтобы генерал Трошю в два месяца мог создать такую сильную армию и так вооружить ее, что она выдерживает с успехом бой против стройных и испытанных немецких войск. Тем не менее немецкие военные начальства не думают ослаблять осады Парижа, и как извещает Königsberger Zeitung, от 14-го декабря, новые дивизии ландвера идут во Францию на смену войскам, занимающим Эльзас и Лотарингию, чтоб те в свою очередь могли присоединиться к армии осаждающей Париж.

   Последние сражения и упорная защита Парижа, по известиям из Лондона, сообщаемым в венской Таges Presse, от 10-го декабря, подали повод Англии и Австрии — обратиться к прусскому правительству с предложением заключить перемирие, которое могло бы повести наконец к прочному миру и положить конец страшному кровопролитию; обе нейтральные державы предлагают будто бы, в виде прелиминарий мира, признание нынешнего французского правительства, нейтрализацию Эльзаса и Лотарингии и уплату известной суммы за военные издержки. С другой стороны, прусская официозная Spener Zeitung сообщает, что при заключении мира непременным условием будет требование о срытии укреплений Парижа и его фортов, так как они были главною виной продолжительности кровопролития.

   Дело объединения Германии приближается к концу. Читателям известно уже решение северо-германского рейхстага; в заседании союзного совета 13-го декабря, под председательством государственного министра г. Дельбрюка, были выслушаны заключения оного относительно договоров с Баденом, Гессеном, Виртембергом и Баварией, по вопросу о присоединении их к Германскому Союзу и о введении в конституцию Союза выражений: Германская империя и Германский император. Вслед затем депутация из 30 членов рейхстага отправилась 13-го же декабря в Версаль для тожественного извещения короля Вильгельма о состоявшемся решении.

   Для окончательного утверждения нового порядка вещей в присоединяющихся к Германскому Союзу государствах созваны местные сеймы (ландтаги), и 16-го декабря баденская палата депутатов уже утвердила единогласно договоры по общегерманскому устройству. Согласие прочих ландтагов также не подлежит сомнению.

   Открытие прусского ландтага последовало 14-го декабря. Тронная речь, прочитанная при этом, указывает прежде всего на счастливый ход войны и на патриотизм, одушевляющий всю Германию, — и присовокупляет, что правительство считает своим долгом представить как можно ранее на рассмотрение палаты бюджет. За дело внутренних преобразований оно обещает приняться по восстановлении мира, и эту задачу ему облегчит столь мощно пробудившаяся в последнее время любовь к отечеству.

   В Австро-Венгрии слухи о министерском кризисе снова умолкли — и общее внимание сосредоточивается на заседании делегаций, собравшихся в Пеште, где в настоящую минуту находится сам император с общеимперскими министрами. В заседании 16-го декабря предположено было рассмотрение бюджета, статьи которого обсуждаются в коммисии, и потом 18-го декабря предположено отсрочить сессию делегаций до 8-го января.

   Самым важным событием последнего времени в Австро-Венгерской монархии было представление графу Бейсту меморандума, подписанного 90 представителями Чехов, в котором требуется федеративное устройство империи и заявляется необходимость руководствоваться иностранною политикой, более соответствующею интересам славян. Затем в меморандуме говорится, что отнимать у Франции территорию есть несправедливость, а мешать России на Черном море — есть оскорбление. Вследствие чего меморандум, считает анти-славянскую политику, господствующую в Вене, гибельною для Австрии. 15-го декабря, как извещает Warrens Correspondenz, граф Бейст возвратил этот меморандум г. Ригру, находившемуся во главе чешской депутации, и объявил ему, что для подобных заявлений есть законный путь, указанный конституцией, и что он не потерпит никакого от него уклонения. Чешская нация, по словам имперского канцлера, заинтересована одинаково с прочими австрийскими племенами в поддержании договорного права. Делая манифестации в пользу державы, хотя и дружественной с Австро-Венгрией, но вступившей с нею по этому предмету в серьёзные объяснения, чехи поступают противоположно. «Никакое государство», сказал в заключение граф Бейст: «не может допустить, чтобы внутренние партии принимали направление, которое, чтоб не употребить более тяжкого слова, я назову отречением от своей страны. Такие действия должны встречать энергическое противодействие».

   В заседании итальянского парламента замечательные прения происходили по вопросу о перенесении столицы в Рим; коммисия, которой этот вопрос передан был на рассмотрение, постановила крайний срок этого перенесения на 31-е марта. В заседании сената 6-го декабря военный министр внес новый проект закона об обязательной военной службе для всех граждан.





Похожие записи:

≡ Объявления
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Объявления
 Наука
Спиралевидный двигатель
 Подпишитесь на новости сайта
 Фонтан
Фонтан
Бросьте монетку :)
Свежие записи
Русские журналы © 2017 ·   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх