«Нива» №48,  год 1870-й. Политическое обозрение.

   В последнем обозрении нашем мы говорили, что циркулярная нота русского государственного канцлера — об изменениях трактатов 1856 года — произвела такое впечатление в Европе, что даже отодвинула на второй план франко-немецкую войну. С тех пор прошла неделя — и переговоры по этому делу, которое немецкие газеты окрестили названием PontusFrage (Черноморский вопрос), не перестают волновать общественное мнение Европы. Более всего встревожилась Англия, что видно из ответной депеши лорда Гранвиля, хотя умеренный тон циркуляра князя Горчакова и совершенно законные требования России не могли не быть признаны в Англии, как и во всей Европе. Вместе с отправлением ответной депеши в Петербург, британское правительство отправило в главную прусскую квартиру в Версаль особого уполномоченного, известного г. Одо Росселя, бывшего долгое время британским дипломатическим агентом в Риме, чтобы разведать мнение графа Бисмарка по этому вопросу. О миссии г. Одо Росселя сообщается много известий в различных газетах, но за достоверность их трудно поручиться, так как официальных сведений о ней не имеется. Лондонский корреспондент Indépendance Belge, от 28-го ноября, сообщает, что граф Бисмарк принял английского уполномоченного с величайшею предупредительностью; но, хотя и уверил его, что между Пруссией и Россией не было никакого предварительного соглашения и что русский циркуляр был для Пруссии такою же неожиданностью, как и для остальной Европы, — однако вместе с тем объявил, что прусское правительство не будет противоречить России и не даст никакого ответа на ее циркуляр. Корреспондент присовокупляет, что и общественное мнение в Германии повсюду высказывается в пользу России и отвергает притязания Англии. Тогда же газеты распространили слух о предстоящем будто бы созвании конгресса для пересмотра парижских трактатов 1856 года — и местом собрания этого конгресса назначали то Лондон, то Константинополь. Между тем на депешу лорда Гранвиля последовала депеша русского государственного канцлера от 8/20 ноября (текст ее помещен в Правительственном Вестнике, от 19-го ноября). Для рассмотрения оной собирался совет министров, и как извещает лондонская телеграмма, 29-го ноября уже отправлен ответ лорда Гранвиля в самом миролюбивом тоне, хотя британский кабинет снова высказывается против одностороннего нарушения трактата. Из телеграмм берлинских и лондонских, от 30-го ноября, мы узнаем, что Пруссия предложила свое посредничество для решения возникших недоразумений. Официозная Provinzial Correspondenz, говорит что PontusFrage все более и более клонится к мирному разрешению, что предложение о созвании конференции одобрено уже Poccией и Англией и что означенная конференция, по получении согласия прочих держав, немедленно соберется в Лондон.

   «В виду этих фактов, — присовокупляет официозная газета, — едва ли можно сомневаться в мирном исходе совещаний». Ту же надежду высказывают и лондонские газеты. Телеграмма из Константинополя от 30-го ноября извещает, что предложение о конференции принято и Портой, которая (присовокупляет та же телеграмма) отменила предписанное было ею созвание редифов (резервных войск).

   На театре военных дейстий в последние дни происходили значительные дела, которые до сих пор известны нам большею частью из телеграмм. 28-го ноября армия принца Фридриха Карла нанесла при Амиене поражение северной французской армии, число которой по словам немецких газет простиралось до 70,000. Потери, понесенные французами, простираются до 7,000 человек убитыми, ранеными и пленными; потери немецких войск простирались до 1,300 человек и в том числе 74 офицера. Французы бежали в безпорядке, и Амиен был занят немцами.

   30-го ноября, было большое сражение под Парижем. Генерал Трошю предпринял вылазку во главе 120,000 человек; главное нападение направлено было на восток, против корпусов виртембергского и саксонского. Французы успели захватить занятые немецкими войсками леса в окрестностях Парижа, Боннель, Шампиньйоль, Шампиньи и Вильер; но после битвы, продолжавшейся на многих пунктах одновременно с двух часов по полуночи до шести часов по полудни, все эти места снова были заняты немцами. Французы повидимому рассчитывали на победу Луарской армии под Орлеаном, и делая вылазку имели в виду соединиться с означенною армией. Отбитые на всех пунктах, они принуждены были возвратиться под защиту своих фортов. Потеря французов, по указанию французских источников, простирается до 2,000 убитыми и ранеными; виртембергцы, по официальным известиям из Версаля, потеряли 44 офицера и 870 солдат; сколько выбыло из строя у саксонцев — еще не приведено в известность, а равно не известны и потери прусских отрядов, принимавших участие в сражении.

   1-го декабря французы просили приостановки военных действий на несколько часов для погребения убитых.

   2-го декабря парижским гарнизоном была произведена новая вылазка против прусской позиции между Сеной и Марной; сражение продолжалось восемь часов, и французы были отражены.

   На прочих пунктах продолжались стычки, важность которых еще определить трудно, так как по телеграфу сообщаются только отрывочные сведения, и в этих стычках французские телеграммы приписывают перевес французам, а немецкие — немцам; так например, в Мюнхене получена телеграмма из Версаля от 2-го декабря, извещающая, что генерал фон-дер-Танн выиграл сражение к западу от Орлеана. Между тем из Тура телеграфируют в Брюссель от того же числа, что Луарская армия двигается к Парижу для освобождения его, и что г. Гамбетта издал к ней прокламацию, взывающую к ее мужеству и выражающую надежду на успех ее действий.

   Между тем в Лондоне, как сообщает Агентство Рейтера от 30-го ноября, распространились слухи, что между королем Вильгельмом и Наполеоном III подписан мирный трактат, на основании которого — укрепления Меца будут срыты, Эльзас вместе с Люксембургом, Бельгией и Гессеном составит нейтральное государство, и Наполеон возвратится во Францию во главе пленных французских войск. Те же известия присовокупляют, что императрица Евгения (которую на днях посетила королева Виктория) отправится из Англии в Вильгельмсгеэ, где и подпишет трактат в качестве регентши. Впрочем, как говорят, исполнение этого трактата последует лишь по взятии Парижа, на которое немецкие власти расчитывают в скором времени, так как в официальном берлинском Staatsanziger, от 26-го ноября, уже было сказано, что «по всем признакам война приближается к концу».

   В последнем обозрении нашем мы сообщали об открытии в Берлине 24-го ноября северо-германского рейхстага и изложили подробно содержание тронной речи, прочитанной г. Дельбрюком, управляющим, за отсутствием графа Бисмарка, делами союзного канцлерства. Кроме г. Дельбрюка при этом присутствовали в качестве представителей союзного совета: барон Фризен и г. Леонгардт и союзные уполномоченные гг. фон-Гофман, фон-Бюллов и Кампгаузен. Сверх того, для участия в совещаниях вызван в Берлинъ ганноверский генерал-губернатор Фогель фон-Фалькенштейн. Заседания рейхстага были открыты 26-го ноября речью президента г. Симсона. Затем на обсуждение палаты представлен был проект закона о новом кредите для военных потребностей. Говорившие в пользу этого проекта депутаты — Рейхеншпергер, Бланкенбург, Ласкер, Браун и Лёве, — настаивали на необходимости дать правительству средства довершить громадную борьбу, им начатую, с полным успехом, — и указывали, что война эта привела уже к великому результату объединения Германии, и что необходимо упрочить за вновь созидаемым Германским союзом провинции, служившие Франции путем к нападению на германские области. Проект был одобрен, и правительству открыт кредит во 100 миллионов талеров (окончательное утверждение этого проэкта последовало в заседании 28-го ноября). В том же заседании г. Дельбрюк известил, что, по известиям полученным из Версаля, договор с Виртембергом о вступлении этого государства в Германский союз уже подписан и что 29-го должно было последовать окончательное соглашение с Баварией, которое и последовало действительно, как о том известил телеграф.

   Что касается до продолжительности заседаний рейхстага, то сессия оного, по словам берлинских официальных газет, продлится вероятно до половины декабря, так что уже в настоящем году нельзя будет созвать прусский ландтаг. Последний соберется тотчас после нового года, так как правительству необходимо, чтобы бюджет на 1871 год был утвержден безотлагательно. Затем в течении января 1871 г. будет созван первый «всегерманский парламент». В нем будут заседать 383 члена, из которых на Баварию придется 48, на Виртемберг 18, на Баден 14, и на Гессен 8.

   26-го ноября в Пеште последовало открытие австро-венгерских делегаций — и в тот же день президента оных, г. Гопфен, представлялся императору, которому и произнес от имени делегаций приветственную речь; в ответ на это приветствие император выразил надежду, что «в виду вновь возникших событий, делегации будут действовать согласно с истинным патриотизмом и с совокупными жизненными интересами обеих половин империи».

   В заседани делегаций 28-го ноября обще-имперские министры (графы Андращь и Бейст и барон Кун) представили делегациям так-называемую Красную книгу, то есть собрание австро-венгерских дипломатических документов, и бюджет общих расходов во 100 миллионов гульденов (из них на обе части империи определяется по равной сумме). Сверх того правительство испросило 60 миллионов гульденов на военные расходы. По словам венских газет, в последнее время заметно особенное сближение между Графом Андращем и графом Бейстом; что касается до цислейтанского министра-президента графа Потоцкого, подавшего было в отставку, вследствие порицаний выраженных его действиям в венском рейхсрате, то император не только не принял этой отставки, но поручилъ графу Потоцкому сформировать новый кабинет, в состав которого из прежних министров вступит только один г. Штремейер, и программою которого будет не «сближение со всеми национальностями», чего домогался напрасно граф Потоцкий, а «сближение с одною Галицией».

   Выборы в итальянский парламент оказываются в пользу правительства; все министры избраны вновь; тоже самое происходило и в Риме, где новый порядок вещей водворяется без всякого нарушения спокойствия. Кроме выборов в общий итальянский парламент, в бывших папских владениях происходили выборы в муниципалитет и в провинциальный совет — и членами их назначены все люди, пользующиеся общим уважением и принадлежащие к умеренной партии. В Риме организована национальная гвардия в числе 15,000 человек, которой и поручено охранение города, где, по уверению всех римских корреспондентов, никогда еще не бывало такого порядка, как в настоящее время. Что касается до папы, то он по прежнему отвергает все предложения итальянского правительства, продолжает представлять себя пленником в Ватикане, не выезжает никуда и издает протест против насильственного захвата его областей. Впрочем, он получает назначенное ему содержание и сохраняет при себе весь свой двор и даже гвардию. Об отъезде его из Рима нет более никаких слухов; утверждают только, что, когда прибудет в Рим король Виктор-Эммануил (что должно последовать в конце декабря), то Пий IX отправится в один из своих загородных дворцов. Извещают также, что флорентийский кабинет, потеряв всякую надежду на соглашение с папой, решился обратиться к католическим державам, чтобы они установили modus vivendi и побудили папу принять оный.

   Избрание принца Амедея Савойского (герцога Аостского), второго сына короля Виктора-Эммануила, на испанский престол — есть факт совершившийся. По известиям из Флоренции, король принимал уже поздравление с этим избранием от дипломатического корпуса и флорентийского муниципалитета, и многочисленная депутация кортесов уже отправилась из Мадрида во Флоренцию для торжественного поднесения короны новому королю. Избрание принца Амедея, в котором видят залог нового сближения между обеими нациями, испанскою и итальянскою, встречено с восторгом во всей Испании, — и слухи о беспорядках, будто бы происшедших в некоторых местах полуострова, официально опровергаются.

   27-го ноября происходило открытие румынской палаты представителей. Князь Карл в своей тронной речи заявил, что княжество сохраняет дружественные отношения со всеми державами и что бюджет на 1871 год не представляет никакого дефицита.

   В Греции, как сообщают в иностранные газеты из Афин от 14(26-го) ноября, носятся слухи о предстоящем распущении палаты, которого будто бы требует министерство Делигеорги, но до сих пор король еще не согласился подписать декрета об этом распущении.

 

   Р. S. Последние, полученные нами, газеты извещают, что королю прусскому предложена корона императора Германского, по инициативе Баварии и Виртемберга, поддержанной и прочими членами германского союза. Мы не замедлим сообщить читателям дальнейший ход этого дела, которое, составляя эпоху в современной истории Германии, не может остаться без влияния и на судьбы всей остальной Европы.





Похожие записи:

≡ Объявления
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Объявления
 Наука
Спиралевидный двигатель
 Подпишитесь на новости сайта
 Фонтан
Фонтан
Бросьте монетку :)
Свежие записи
Русские журналы © 2017 ·   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх