«Нива» №44,  год 1870-й. Политическое обозрение.

   Мец сдался на капитуляцию. Условия этой сдачи подписаны маршалом Базеном в ночь с 28 на 29-е октября (16/17 октября). Занося этот факт на страницы нашего обозрения, мы не можем не признать, что значение его, среди претерпеваемых Франциею бедствий, должно сильно повлиять на предстоящие переговоры о мире.

   В каком отношении — это покажет будущее.

   Иностранные органы печати усматривают в этом событии хитро-подготовленный маневр для восстановления династии Бонапартов на французском престоле. «Situation», издаваемая в Лондоне, усердно поддерживает идею реставрации империи, несмотря на то что почти не имеет читателей во Франции. Маршалу Базену, который теперь в Вильгельмсгеэ, большая часть газет издающихся во Франции и у нас приписывает намерение осуществить предполагаемое восстановление павшей династии с помощью 300 тысяч войска, взятого немцами в плен.

   Конечно, это только предположения, которым безусловно доверять нельзя.

   Страшные бедствия, испытанные Франциею в настоящую войну, капитуляция Седана и Меца, отсутствие всяких симпатий иностранных держав к непризнанному правительству народной защиты, в связи с антагонизмом партий внутри страны — все это заставляет желать скорейшего заключения мира. Правительство Гамбетты, Кремьё и Жюля Фавра отклоняло до сих пор всякие переговоры о мире на основании территориальных уступок; в этом отношении оно было вполне солидарно с политическими диссидентами Лиона и Марселя. Партия социалистов, образовавшая два правительства, в упомянутых городах, без сомнения парализирует отчасти силы Франции и делает невозможным защиту страны в тех размерах и с тем единством плана, который бы мог разрушить блестящую стратегию немецких генералов и стойкость хорошо-дисциплинированных войск. Патриотические воззвания к народу и войскам появляются и на севере и на юге Франции: и Турское правительство и вожаки социалистов в Лионе и Марсели организуют войска с одинаковой энергией, несмотря на глубокое различие своих политических убеждений, — факт этот доказывает, что во Франции живо сохранилось еще сознание своего национального единства, неприкосновенности территорий.

   Капитуляции Меца, о которой мы будем говорить подробно ниже, предшествовала поездка Тьера из Тура в Версаль, в главную квартиру короля Вильгельма, а оттуда в Париж. Целью этой поездки были переговоры о перемирии.

   Известия о заключении перемирия мы еще не получали. Если принять во внимание все подробности, которые должны быть предварительно обсуждены, и затем включены в этот акт, — если вспомнить сколько затруднений может представить исполнение одних формальностей, принятие и выработка оснований, в Туре, Париже и Версали — то можно ожидать известия об успешном исходе этих переговоров, не теряя надежды.

   В то время как Тьер изыскивает пути к соглашению между правительством, заседающим в Париже и Туре, и северо-германским канцлером в Версали — немецкие войска продолжают осаждать Париж. Кроме сражения при Шлештадте, в котором было взято в плен около 5,000 французов, войска находящиеся в Париже, делали несколько вылазок но были постоянно отражаемы. 28-го и 30-го числа происходили сражения под Парижем, недалеко от Сен-Дени, — и после упорного боя, продолжавшегося около 9 часов, французы были сбиты с своих позиций, 1,200 человек взято в плен, после страшной бомбардировки решившей судьбу сражения; затем, французы отступили в Бон. В это же самое время на северо-востоке Франции происходили переговоры о капитуляции Меца между Базеном и принцем Фридрихом Карлом. Условия этой капитуляции были подписаны французским маршалом в замке Фрескати. На основании их, французские войска обязаны были начать выступление 29-го октября в 12 часов дня, и сложить оружие но выходе из крепости. Но еще накануне офицеры объявили своим начальникам, что они не ручаются за могущие произойти беспорядки, если, войска будут проходить мимо неприятеля с оружием в руках; вследствие этого военный совет решил, что войска сложат оружиe в арсеналах крепости и затем уже выступят из города. Выступление 140 тысяч войска требовало понятно несколько дней, и должно было совершиться чрез все городские ворога. Императорская гвардия в числе 15,000 человек прошла первая пред принцем Фридрихом Карлом и его свитой; затем она должна была отправиться к месту своего назначения — в Ар-ла-Мозель. Несмотря на дождливое время, 2-й и-54-й пехотные полки, 2 батальона стрелков и один пионеров, 2 артиллерийских полка и один драгунский, собрались, в полной парадной форме и без плащей, на равнине, лежащей в полумиле от Меца.

   Принц Фридрих Карл прибыл ровно в час пополудни, в сопровождении французского генерала и многочисленной свиты. Громкое ура, заглушившее музыку и барабан, огласило окрестность, когда принц подъехал к войскам. Двое французских генералов — один старик, другой средних лет — подошли тогда к принцу и объявили ему о выступлении войск из Меца, и о том, что они, с другими своими товарищами, сдаются военнопленными. Одна гвардия проходила в продолжении трех часов. Затем войска были переведены на обширный луг, где им выдали, по приказанию генерала Франзецкого, необходимый провиант. Войска провели ночь под открытым небом и на следующий день, конвоируемые сильными прусскими отрядами, они выступили в Саарбрюкен. Генералы получили дозволение отправиться на ночь в Мец, но офицеры провели ночь вместе с солдатами.

   4,000 французских офицеров, взятых в плен вследствие капитуляции Меца, будут отправлены в непродолжительном времени в Германию. Вслед за гвардией начали проходить войска разного рода оружия: кирасиры, карабинеры, гвардейские гусары, затем артиллерия, 2 полка легкой кавалерии и несколько батальонов егерей.

   Все это был народ молодой, рослый, с воинственным видом, хотя заметно усталый и изнуренный разными лишениями. Еще несколько месяцев тому назад это была самая гордая и наиболее прославленная армия в Европе! — теперь она шла безоружная, полная отчаяния. Вся гвардия без исключения была хорошо экипирована и достаточно снабжена всякой походной амуницией. Многие из солдат несли с собой некоторые вещи для домашнего обихода во время плена. Все вообще держали себя серьезно, с достоинством. Лица их выражали отчаяние и непримиримую ненависть к пруссакам; германские войска без злобы и с тактом держали себя против побежденных. Ни одного возгласа, ни одного обидного слова не вылетало из уст победителей.

   Маршал Базен сдался первый военнопленным. Подъехав к принцу Фридриху Карлу и его свите, он сказал: «Принц, имею честь явиться к вам в качестве военнопленного». Принц поклонился, и знаком руки пригласил его стать возле себя.

   Пред сдачей Меца маршал Базен издал прокламацию, в которой говорил, что голод и невозможность пробиться чрез неприятельские войска вынуждают его сдаться на капитуляцию. «Мы защищались геройски, — говорит маршал — и потому исполнили свой долг; всякое бесцельное кровопролитие было бы преступлением, так как надежды на успех, или на соединение с войсками республики, не представлялось совершенно.». Тоже содержание имело заявление генерала Бойэ, против обвинений Гамбетты. Бойэ отвергает обвинение в измене и говорит, что неприятель победивший французов — это голод.

   Не зная, насколько верны эти заявления, мы не можем однако умолчать, что корреспонденции некоторых английских и немецких газет также говорят, что положение осажденных было ужасное в последние дни.

   Газета Daily-news говорит, что 28-го числа 5 солдат умерло с голода, что больные и раненые не пользовались надлежащим уходом и что во время осады умерло в городе 35,000 человек. Тиф и дизентирия исключительно свирепствовали в это время. Недостаток в пище, густота населения, и употребление конины без соли — вот главные причины, развившие эти болезни среди войска и городских жителей.

   Конечно, если военная слава Франции и пострадала, то спасение жизни нескольких десятков тысяч человек, если только положение их было безнадежно, может служить некоторым утешением. История предшествовавших войн не представляет подобных поражений: телеграмма из Берлина извещает, что число пленных французов простирается до 320 тысяч человек, из них до 10 тысяч офицеров и 3 маршала. Орудий, отбитых у неприятеля, немецкие газеты насчитываютъ до 6,000.

   Статья 4 протокола капитуляции Меца дозволяет офицерам и другим высшим чинам, обязавшимся словесно или письменно не сражаться против Германии в настоящую войну, возвращаться в провинции не занятые немецкими войсками. Другие 5 статей протокола устанавливают правила передачи крепости, пороховых магазинов, пушек, ружей, картечниц — и другие частности капитуляции.

   Если завязавшиеся переговоры между Мюнхеном и Веной оставляют как бы в стороне пражский трактат, хотя и упоминая о нем вскользь, — если по уверению франкфуртской газеты г-н Брай действительно убежден, что граф Бейст не будет противиться соединению государств южно-германских с северными, — то дело объединения Германии конечно не встретит сопротивления, и территориальные уступки требуемые от Франции могут быть признаны ненужными, так как Германия будет достаточно сильна, чтобы сделать невозможным всякое нападение со стороны Франции.

   Последние телеграммы известили нас, что партия недовольных под предводительством Флуранса арестовала членов временного правительства и в том числе генерала Трошю; четыре часа спустя национальная гвардия освободила их. Беспрестанные ссоры и пререкания между членами пратии красных, сборища у Бланки, различные смуты и демонстрации, и скандалезные истории вроде той, которая произошла между Феликсом Пиа и Рошфором, упрекавшим своего противника в трусости, — все это факты ставящие в затруднение правительство народной обороны в виду осаждающего неприятеля. Положение Франции и Германии заставляет их теперь одинаково обращать внимание на миролюбивые предложения европейских кабинетов, не смотря на то, что одна — побежденная, другая — победительница. Эта мысль, высказанная одною английской газетой — совершенно верна. Желательно чтобы усилия г-на Тьера увенчались успехом, и чтобы за перемирием последовал честный и прочный мир.

   Вечерние телеграммы извещают нас, что Рошфор сложил с себя звание члена временного правительства — вследствие разногласий возникших по поводу муниципальных выборов. Другие известия сообщают, что газеты издающиеся в Париже высказываются за перемирие исключая «Combat», « Reveil» и «Patrie en danger».

   Мы заметим только, с нашей стороны, что в виду смут происходящих в Тулузе, Гренобле, Ниме и Марсели — о которых нас извещают последние телеграммы — подобное настроение парижских газет весьма утешительно; так как последствия начинающегося волнения трудно предвидеть. Избрать правительство и высказаться в пользу войны или мира предстоит учредительному собранию, которое предполагают созвать во время перемирия.





Похожие записи:

≡ Объявления
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Объявления
 Наука
Спиралевидный двигатель
 Подпишитесь на новости сайта
 Фонтан
Фонтан
Бросьте монетку :)
Свежие записи
Русские журналы © 2017 ·   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх