«Нива» №30,  год 1870-й. Политическое обозрение.

   Война между Францией и Пруссией, началом которой должно считаться 19 июля, когда последовало формальное объявление оной, есть событие такой громадной важности, что она исключительно занимает дипломатию, публику и печать. Объявление это, переданное французским правительством, прусскому поверенным в делах Франции г. Лесуром, прочтено было графом Бисмарком, после речи короля Вильгельма, уже известной читателям (см. № 29 «Нивы»), в заседании северо-германского рейхстага 19 июля. Второе заседание рейхстага 20 июля открылось внесением проекта адресса на тронную речь, который был принят без прений, и собрание поручило передать его королю. Адресс этот, выражающий общее патриотическое настроение германского народа, удостоверяет короля, что призыв его нашел громкий отголосок во всем германском народе. «Нация исполнилась радостной гордости, — сказано далее в адрессе, — узнав, с каким нравственным мужеством, с каким великим достоинством ваше величество отвергли неслыханные притязания врага, который задумал унизить нас, а теперь под разными нелепо придуманными предлогами начинает войну против нашего отечества. Германский народ имеет лишь одно желание — жить в мире и дружбе со всеми нациями, уважающими его честь и независимость». Далее адресс вспоминает дружное действие германской нации во время войны за освобождение при первом Наполеоне и выражает мысль, что честолюбивые замыслы нынешнего властителя Франции ввели в заблуждение часть французского народа, и что разумной части этого народа не удалось отвратить грозящего бедствия. Заявив уверенность в храбрости сынов Германии и в твердой решимости их пожертвовать всем для блага отечества, адресс говорит в заключение:

   «Мы возлагаем наши надежды на суд Всевышнего, карающего кровавые преступления. На единодушный призыв наших государей, народ наш восстал от берегов моря до подошвы хребта Альпийского. Он не тяготится никакими пожертвованиями. Мнение всего цивилизованного мира признает справедливость нашего дела. В нашей победе дружественные с нами нации видят освобождение от тяготеющего над ними бонапартовского господства и отмщение за все бедствия, которым, оно их подвергает. Наконец, германский народ на боевом поле найдет себе почву мирного и свободного объединения. Ваше величество и союзные правительства Германии убеждены, что мы и наши гонимые братья готовы идти в битву. Дело идет о нашей чести и свободе, о спокойствии Европы и о благе народа».

   По принятии адреса рейхстагом, граф Бисмарк вносит в оный документы относящиеся до войны, причем заявляет, что со стороны Франции имеется только один письменный документ, а именно объявление войны; все остальное заключается в беседах графа Бенедетти с королем Вильгельмом в Эмсе, имевших частный характер. Прочие документы суть: 1) газетная телеграмма о последнем разговоре короля Вильгельма с французским послом и об отказе его величества дать ему аудиенцио; телеграмма эта, как заметил граф Бисмарк, которой придано было французским кабинетом название ноты, и послужила предлогом к объявлению войны; 2) изложение всего происходившего в Эмсе; 3) отчет барона Вертера от 12 июля о совещании, которое он имел с гг. де-Грамоном и Олливье, при котором последние сделали невозможное требование а том, чтобы король написал «извинительное письмо»; требование это показалось до такой степени невероятным графу Бисмарку, что он отвечал барону Вертеру, что тот вероятно «дурно понял» желание французского правительства, — и по этому предложил, чтобы оно высказало свои требования через посредство своего посла; 4) письмо английского посланника лорда Лофтуса, от 18 июля, с предложением посредничества; 5) отрицательный ответ на это предложение, данный потому что и Франция отклонила упомянутое посредничество, и 6) циркуляр к агентам Северо-германского Союза о причинах войны.

   В тот же день, 20 июля по полудни, было второе заседание рейхстага, где утвержден был чрезвычайный кредит в 120 миллионов на военные расходы. Затем в следующие два дня было также по два заседания, где были приняты и утверждены различный меры по случаю войны, и положено отсрочить заседания рейхстага до 31 декабря 1870 г., причем депутаты оного сохраняют свои полномочия. Сессия закрыта графом Бисмарком, выразившим от имени короля благодарность членам рейхстага за быстрое и единодушное исполнение дел ему предложенных.

   Одновременно с закрытием северо-германского парламента последовало и закрытие сессии французских палат, последними занятиями коих было утверждение чрезвычайных кредитов в 440 миллионов франков на военные расходы; по окончании сессии, депутаты законодательного корпуса отправились к императору Наполеону в Тюльерийский дворец, причем президент г. Шнейдер произнес речь, с выражением преданности императору и готовности всех французов жертвовать всем для блага отечества. В ответной речи император, благодарил депутатов и объявил им, что он становится сам во главе армии и берет с собою своего сына, чтобы тот, не смотря на свои юные годы, привык служить Франции на боевом поле. В след за тем издана была 23 июля прокламация к народу о войне, в которой император слагает с себя всякую ответственность и заявляет, что война вызвана захватами Пруссии, водворившими общее недоверие в Европе.

   Положение европейских, государств уже определилось; великие державы объявили себя нейтральными; их примеру последовали Голландия, Дания, Швеция. Бельгия получившая удостоверение, как от Франции, так и от Пруссии, что нейтралитет ее, утвержденный трактатами, нарушен не будет, выставила однако для ограждения этого нейтралитета войско на границы; точно также поступила и Швейцария. Вообще, сколько можно судить по последним известиям война будет «локализована», т. е. ограничится Германией и Францией.

   Германские войска, быстро приведенные в движение и направляемые к границе, разделены, сколько известно, на три армии. Главнокомандующими их назначены: первою армией (правое крыло) генерал Герварт фон-Биттенфельд, второю (центр) принц Фридрих-Карл, и третьею (левое крыло) наследный принц. Все эти войска будут действовать на Рейне. Сверх того организуется особый корпус для защиты морских берегов. Вся армия разделяется на 12 корпусов, которыми командуют следующие генералы: 1-м — Мантейфель, 2-м — Франсицкий, 3-м — Альвенслебен 2, 4-м — Альвенслебен 1, 5-м — Кирлбах, 6-м — Тюмплинг, 7-м — Застров, 8-м — Гебен, 9-м — Манштейн, 10-м—Фойхтс Реец, 11-м — Буссе, 12-м наследный принц Саксонский; сверх того, гвардейским корпусом командует принц Август Виртембергский.

   Французская армия, главнокомандуюшим коей объявил себя император Наполеон и большая часть которой уже находится на границе, разделяется на семь корпусов. Главная квартира императора в Нанси, и при нем начальником штаба назначен военный министр маршал Лебеф, который собственно и будет распоряжаться военными действиями. Французскими корпусами командуют: 1-м — маршал Мак-Магон (главная квартира в Страсбурге); 2-м — генерал Фроссар (в Сент-Авольде); З-м — маршал Базен (в Меце); 4-м — генерал Ладмиро (в Тионвилле); 5-м — генерал Фальи (в Биче); 6-й корпус под командой маршала Конробера (сформированный в Шалонском лагере) составляет вторую линию а равно и 7-й, в состав коего входят войска вызванные в Алжирию; командиром его назначался генерал Дуэ, внезапно умерший. Гвардия, под начальством генерала Бурбаки, будет находиться при главной квартире императора.

   До сих пор, 22 июля (3 августа), не было еще между воюющими сторонами никакой серьезной встречи; все дело ограничивалось несколькими перестрелками на аванпостах близ Саарбрюкена и Форбаха.

   Между тем вся европейская печать продолжает обсуждать причины войны и разбирать, которая из враждующих сторон виновна в возбуждении оной. Разумеется, немецкие газеты возлагают ответственность на Францию, а французские на Пруссию; вся английская журналистика, за весьма немногими исключениями, резко порицает императора Наполеона и его правительство за желание начать войну во чтобы то ни стало, — и Times, первенствующий орган Лондона, прямо называет действия Франции преступлением; почти в том же смысле, хотя не столь резко выражаются и многие газеты итальянские, бельгийские и австрийские. Все они спешат воспроизводить на своих столбцах различные документы в подтверждение высказанных ими мнений. Из этих документов, особенно замечательны два, из коих первый выставляют на вид сторонники Франции, а второй (по поводу которого, были запросы в английском парламенте) сторонники Пруссии. Первый есть циркулярная депеша французского министра иностранных дел герцога де-Грамона к дипломатическим агентам: в ней говорится между прочим, что еще в марте 1869 года, при первом слухе о кандидатуре принца Гогенцоллернского, французский посол в Берлине обратился к графу Бисмарку и потом, за его отсутствием, к исправляющему должность министра иностранных г. фон-Тиле с запросами по этому предмету — и получил от них удостоверение, что принц Гогенцоллернский никогда не может быть серьезным кандидатом на испанский престол и что о кандидатуре этой и тревожиться нечего. Этим герцог де-Грамон старается оправдать настойчивость г. Бенедетти в Эмсе и требование своего правительства, чтобы король обязался и впредь не покровительствовать Гогенцоллернской кандидатуре.

   Второй документ, разоблачающий честолюбивые притязания Франции, появился в Кельнской Газете, от 26-го июля; это проект трактата, предложенный Францией Прусссии в 1866 году (черновая его, как уверяет Кельнская Газета, писана рукой самого г. Бенедетти), в котором Франция предлагает Пруссии признать все приобретения и перемены, совершенные последнею, и действовать с нею за одно, если Пруссия согласится облегчить Франции приобретение Люксембурга и поможет ей завоевать Бельгию.

   P.S. По последним дошедшим до нас известиям, документ, содержавший в себе собственноручно-писанный г-ном Бенедетти проект союзного договора Франции с Пруссией относительно Бельгии, сообщен (в точном автографическом снимке) графом Бисмарком послу Северо-германского Союза в Лондоне, с тем чтобы английский первый министр мог убедиться в подлинности почерка г. Бенедетти.

   По нашему мнению, Бенедетти никоим образом не мог сделать подобного предложения Бисмарку, не будучи уполномочен на то самим Наполеоном. Во всяком случае, оставление такого компрометирующего документа в руках графа Бисмарка — свидетельствует о крайней дипломатической неспособности г. Бенедетти.





Похожие записи:

≡ Объявления
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Объявления
 Наука
Спиралевидный двигатель
 Подпишитесь на новости сайта
 Фонтан
Фонтан
Бросьте монетку :)
Свежие записи
Русские журналы © 2017 ·   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх